На всю оставшуюся жизнь…

На конкурс «Поклонимся великим тем годам»

Сороковые, роковые,
Военные и фронтовые,
Где извещенья похоронные
И перестуки эшелонные.
Д. Самойлов.

Сейчас мы живем под мирным небом, и время все дальше отодвигает от нас страшные события минувшей войны. Но на склоне лет  невольно вспоминаются детство и юность. Отец мой погиб на  войне,  и потому она  живет во мне. Это для меня святое. Никогда не изгладятся из памяти те годы, горе всенародное, потери родных и близких... Это на всю оставшуюся жизнь.
В  2020 году юбилейная дата в истории страны  – 75-летие Великой Победы. Время неумолимо. Стареют, уходят из жизни участники и дети войны – поколение тех, кто видел войну своими глазами. Среди жителей нашего района много тех, на чью долю выпали тяжелые страдания в военное лихолетье, и мало тех, кого война обошла стороной. Не обошла она и нашу семью.
Моя мать, Бердникова Г. А., ранее Статных, начало войны встретила, живя с семьей на  Украине, в приграничном военном городке под Белой Церковью, в стратегически важном объекте. Жили хорошо. Казалось, так будет всегда. Но, как известно, все случается вдруг, внезапно. Война застала наш народ врасплох. В воскресенье 22 июня в четыре часа утра гитлеровские самолеты обрушили смертоносный груз на мирное население приграничного города. Стоял страшный гул от разрывов бомб, все потемнело, самолеты летели низко. Через полчаса наш город полыхал. Начались тяжелые бои. По тревоге поднялись военные боевые самолеты для отражения нападения фашистов. 
Командованию военной части нужно было спешно отправить семьи военнослужащих в тыл за линию фронта. Больших усилий требовала необходимость в короткое время сформировать эшелон из вагонов-теплушек, который бы повез женщин и детей на восток. В то время отцу было 30, матери – столько же,  их старшему сыну – 5 лет, дочери – 3 года, а младшему – всего 6 месяцев. «Эвакуация началась, когда немцы были совсем рядом, – вспоминала мать. – Я не знала, как вести себя в этой трагической обстановке. Один сосед, дедушка, принес мне мешок сахара: «Возьми, Галина. Это поможет довезти детей до далекого Урала». Со слезами на глазах пришлось маме закрыть на ключ квартиру, оставить свое семейное гнездо, где прошли самые счастливые годы жизни, все нажитое и пойти навстречу испытаниям с малыми детьми на руках. Предстоял неизвестный, долгий и опасный путь. Что они могли взять с собой? Взяли только комбинезон отца на меху и документы в планшете. Что чувствовали молодые женщины с детьми, оставившие мужей в горящем городке, какие тяжелые думы тревожили их сердца и мучили мысли о судьбе их мужей, можно только догадываться. Доберутся ли они сами до места, останутся ли живыми их дети?
В первый же день поезд атаковали фашистские стервятники, хотя эшелон был с опознавательными знаками Красного Креста. Состав, в котором ехала наша семья, разбомбили, два вагона были полностью разбиты и горели. Люди выбегали из поезда и прятались в находящихся вблизи картофельных  полях. Когда бежали, мама сказала Шурику: «Шура, ты уже большой, понесешь чемоданчик с документами, у меня на руках  младший». Мать прижимала к себе детей и думала: «Если погибнуть, то всем вместе».
Погибших женщин и детей было много. После обстрела не все возвратились к составу. Выбирались из этого ада более двух месяцев, эшелон останавливался, чтобы пропустить военные составы с людьми и техникой, шедшие на линию фронта.
На станции Батраки,  недалеко от Саратова, Шурик закричал: «Мама, смотри, свет!»  С вагонов стали снимать светомаскировку, на столбах горели лампочки, вот тогда мама поверила – спаслись,  остались  живы. 
Добравшись до Щучья, первое время жили  у  дяди, маминого брата  М. А. Статных, который возглавлял районный суд. Мама работала в райисполкоме. Жили, конечно, бедно, голодали. Комбинезон нашего отца на гагачьем пуху мама выменяла на ведро картошки. Позже нам  дали комнату на улице Коминтерна – сейчас это улица Чаякова. В первый день, когда мы там поселились, не было ни стола, ни стульев. Я хорошо помню, как мама постелила на пол зеленую скатерть и села обедать, с облегчением сказав: «Теперь свой угол есть, жить будет легче». 
Страшная война продолжалась. Во многие семьи приходили похоронки. Пришла она и в нашу семью – отец погиб 13 июля 1941 года, не вернувшись с боевого задания. Но вдовам, совсем еще молодым женщинам, надо было жить дальше, поднимать детей, не теряя мужества. Я помню, как каждый вечер все собирались у «черной тарелки» радио и с тревогой вслушивались в скупые новости. «Внимание, внимание! Говорит Москва. Передаем сообщения информбюро. Оставлен город такой-то, в результате кровопролитных ожесточенных боев…», – передавал голос Левитана. Первые хорошие известия появились  в начале января, когда отстояли Сталинград, а первый салют в Москве в честь освобождения города Ленинграда был в 1944 году. 
В школу я пошла в 1945 году. Тяжелое время. Писали на газетной бумаге, сумки шили из старых вещей, в суровых условиях мы, дети, рано взрослели: с восьми лет пилили дрова, пропалывали огороды, кое-как  выживали на картошке и капусте. Я помню это ощущение, когда  все время хотелось есть. Хлеб давали по карточкам, 600 граммов на каждого члена семьи. Чтобы получить этот хлеб, надо было вставать рано. Нас будили в 4 часа утра, чтобы успеть занять очередь. Как-то одна девочка из нашего класса потеряла карточки, а это означало, что голодать будет вся семья.  Наша мама решила помочь.  Она обратилась к председателю райисполкома, и семье выдали новые  карточки.  Мама, как тогда было принято говорить,  была активисткой.  Очень рано связала свою судьбу с комсомолом, потом – с партией, некоторые за глаза звали ее революционеркой. Она многим помогала: что-то написать или обратиться во властные структуры.  Да и вообще, надо сказать,  все люди тогда были дружнее –  суровое время объединило их, не было богатых и бедных, все были равны. 
Нынешней молодежи надо знать и помнить, какое благо принесла Победа, кому они обязаны своим настоящим и будущим своих детей. Надо знать историю своей страны, ведь без прошлого нет будущего. 

Клара Ваценкова.
г. Щучье.

Комментарии

Все новости рубрики Жизнь общества